Теологи, работающие в Караганде, определили основные факторы, мешающие реализации госпрограммы противодействия религиозному экстремизму и терроризму. Специалисты, к примеру, «забраковали» некоторые переводы смыслов Корана, рекомендовали платить имамам моногородов стабильную зарплату и выдавать премии за повышение квалификации, привлечь в мечети русскоговорящих проповедников и оказывать благотворительную помощь малообеспеченным семьям, где есть носители радикальной идеологии. Анализ проводили на основании данных, собранных сотрудниками Центра помощи пострадавшим от деструктивных религиозных течений «Нурлы бiлiм». После проведённых исследований его специалисты выделили около десяти основных причин, по которым программа противодействия религиозному экстремизму не работает так, как надо. О результатах исследований рассказал руководитель центра Рустем Сыздыков на специально организованном областном семинаре. По словам г-на Сыздыкова, главный фактор, снижающий эффективность программы, – это острая нехватка специалистов. В самом центре работают шесть теологов, но это большая удача. В целом по Казахстану таких специалистов единицы. – Если говорить об имамах, то в сёлах – это в основном самоучки с низким уровнем знаний, – отметил г-н Сыздыков. – И зачастую они не могут ответить на вопросы, которые им задаёт молодёжь. В результате молодые теряют доверие к тем, от кого должны получать религиозные знания. Глава центра добавил, что с этой задачей отлично справляются так называемые псевдопроповедники, которые пользуются большей популярностью у молодых. Один из них до недавнего времени жил в посёлке Кенгир под Жезказганом. Послушать его приезжали жители Пришахтинска, Сарани и Темиртау. Об этом специалисты центра узнали от родителей парней, которые после «курса» таких проповедей уезжали в Сирию для участия в боевых действиях. – Эти парни не смогли бы назвать имени нашего муфтия или акима области, но наизусть знали всё, о чём говорил этот «проповедник», – отметил Рустем Сыздыков. По заверениям экспертов, сельские имамы с большим желанием учились бы на обучающих курсах, если бы их поощряли материально и платили премии. А имамам моногородов нужна стабильная зарплата из внебюджетных источников и компенсация за оплату коммунальных платежей. Гарантированный оклад от государства сегодня получают только сельские религиозные деятели. Материально заинтересовать можно и бывших спортсменов с мировым именем – приверженцев традиционного ислама. Они могли бы получать зарплату и жильё за работу в спортклубах, которые объединяли бы молодых спортсменов. Такая практика прижилась в городах Западно-Казахстанской области. Рустем Сыздыков назвал ещё одну группу риска, которой могло бы не быть при решении кадрового вопроса. Русскоязычные, намеревающиеся принять ислам, приходят в мечети, но не понимают проповеди, которые читают на казахском языке. Лидеры деструктивных течений восполняют этот пробел – они объясняют концепцию радикальной направленности на русском. Поэтому необходима подготовка практикующих русскоязычных специалистов, которые могли бы работать прямо в мечетях. – Есть потребность и в хороших специалистах-женщинах, – добавил г-н Сыздыков. – Это поможет формировать истинные, а не искажённые семейные ценности у наших женщин, и сократит их отток в зоны боевых действий. Сегодня в центре готовы заняться обучением всех, кто задействован в реализации программы, – имамов, представителей НПО, сотрудников госорганов, которые тоже были замечены в неумении распознать концепции радикальных течений. – Недавно один из центральных органов переслал нам некую методичку с описанием определённых убеждений, постулатов, не соответствующих канонам традиционного ислама, – пояснил г-н Сыздыков. В центре отмечают и недостаточное обеспечение мечетей, медресе и исправительных учреждений хорошей религиозной литературой, в том числе работами известных казахстанских просветителей. В то же время жители области имеют неограниченный доступ к интернет-ресурсам религиозных организаций деструктивного толка. – Следует запретить и сомнительную литературу, такую, как смысловые переводы Корана на русский язык под редакцией Эльмира Кулиева, Шамиля Аляутдинова, Иман Валерии Пороховой. Они грешат неточностями, неверными толкованиями отдельных слов, – продолжил г-н Сыздыков. – Переводы под редакцией Кулиева запрещены в России, а у нас они всего лишь отнесены к нерекомендуемым. Что касается переводов на казахский язык, единственно правильным на сегодня является издание под редакцией Халифа Алтая. Все рекомендации теологов должны способствовать реализации программы, потому что она основана на разъяснительной работе, проводимой с населением. В Карагандинской области в информационно-пропагандистских группах на сегодня задействовано около 300 человек. В группах работают вместе религиозные деятели, представители госорганов и НПО. МЕГАПОЛИС